Charles Pasi - Site Officiel

ENGLISH

 

SPANISH

 

GERMAN

 

ITALIAN

 

CHINESE

 

RUSSIAN

 

CHARLES PASI

NOUVEL ALBUM

« SOMETIMES AWAKE »

SORTIE LE 27 OCTOBRE 2014
        

EN CONCERT A PARIS

LA CIGALE, LE 12 NOVEMBRE

 

Rudyard Kipling considérait qu’il y avait deux sortes d’hommes: Ceux qui restent chez eux et les autres. Les autres, ce sont ceux qui préfèrent, aux murs frontières, au petit confort qui étouffe le miracle de l’expérience, les espaces encore vierges, les rencontres édifiantes, les promesses tenues.

 

Charles Pasi est à peine trentenaire. Il est né à Paris, après les derniers combats, les ultimes révolutions. Mère française, père italien, déjà des raisons de regarder plus loin, plus haut, de ne pas se contenter de l’évidence. À la maison, différentes sonorités et cultures se mêlent, on échange, on sait qu’il y a un horizon à dépasser. Charles parle aujourd’hui aussi bien les langues de Molière, Sam Cooke, Garibaldi que Cervantès (“Ma mère veut que je me mette au chinois parce que même si je fais un flop à 100 000 là-bas, c’est déjà énorme” dit-il avant de rire comme un enfant lumineux). Tout gamin, il écoute en boucles une cassette paternelle. Pas n’importe laquelle. Dessus, Otis Redding, Ben E King, Percy Sledge… De l’âme en barre. Il adhère sans attendre, le cœur et les tripes valident le voyage immobile. Il sait sans rien encore s’avouer. La musique est quelque chose qui relève du magique, toujours. On ne sait jamais pourquoi on décide de l’enlacer pour l’éternité mais on sait que c’est indiscutable, définitif. Une femme qu’on ne quittera pas. Les années passent. Charles écoute, entend, apprend, lit beaucoup aussi (le jour où on le rencontre, il tente, sans succès, d’acheter dans une librairie du quartier latin, un ouvrage de Kant). Une période grunge à l’adolescence, l’incandescence des guitares, la fureur électrique et ses soubresauts avec Nirvana, Rage Against The Machine. Et puis NTM, du rap. Et encore Pink Floyd, Neil Young, Ray Charles, Little Walter, Miles Davis, Jimi Hendrix, Sonny Terry, Stevie Wonder, Mozart, Michael Jackson, Etta James, Janis Joplin, Lucio Dalla, Fabrizio De André, tout ce qui pouvait le bouleverser, lui parler, peu importe le style, la langue, la source, sans oublier les musiques de films (Charles est, très jeune déjà, un dévoreur d’images, un amoureux des histoires en mouvement ) avec Rota, Morricone, Herrmann et Dylan… Bob Dylan.

 

Un jour, il a seize ans, son bus s’arrête devant un magasin de musique. Charles entre, juste pour voir, comme poussé par une main invisible. Il interroge une vendeuse, se renseigne, scrute les différents modèles exposés, avant de ressortir avec un harmonica dans sa poche, le même que Bob Zimmerman, et un petit livret d’initiation. Il est déjà trop tard pour reculer. L’adolescent lambda choisit souvent la guitare, pour imiter ses héros ou séduire une jeune fille le temps d’un été, avant d’abandonner l’instrument dans un grenier sans espoir. Pas Charles. C’est une autre chose qui semble l’habiter. Une chose qui ne s’est pas encore nommée, qui avance dans l’ombre, sûrement. Qui est là. L’harmonica, il apprend à le dompter (“je m’enterre, je ne fais plus que ça” précise-t-il), il se l’approprie, il progresse, il y est, c’est à lui, en lui, pour lui. Dans la foulée, Charles s’inscrit à une chorale de gospel et au conservatoire pour apprendre à déchiffrer ce nouveau langage qui l’envahit chaque jour un peu plus, il se met aussi à la guitare, histoire de pouvoir composer de manière encore plus libre. Boulimie fulgurante. Le bac en poche, et après une tentative avortée en faculté de lettres à la Sorbonne, Charles part une année à la découverte de Rome, le voyage est son oxygène, il a également multiplié les allers-retours aux États-Unis depuis son enfance (“c’est mon pays d’adoption” confie-t-il), il traverse les boulevards parisiens comme les fuseaux horaires avec une soif de vivre et de créer plutôt impressionnante. En Italie, il intègre son premier groupe, les Mood In Black, un groupe de swing, de blues, de rock&roll à l’ancienne, comme harmoniciste. Puis retour à Paris. Il écrit ses premières chansons, seul. Il prend son temps, ce temps indispensable à toute entreprise d’importance. Issu d’une génération obsédée par la vitesse, la superficialité et la technologie, lui préfère, à la manière d’un artisan, apprendre les secrets oubliés, ceux qui permettent de ne pas galvauder son art. De le prolonger. Charles écume les jams, les bars, les clubs, il joue dans des maisons de retraite, devant des accidentés de la route, des handicapés mentaux. Il se blinde, dégaine son harmonica, s’empare du micro, il se trouve. Avant de rencontrer Antoine Holler, un guitariste. Il lui fait écouter ses compositions. Évidence. Ils décident d’autoproduire le premier album de Charles. Il a 22 ans. “Mainly Blue” existe enfin. 2006. La suite relèverait presque du miracle. Charles remporte le Tremplin de Blues Sur Seine, lui offrant la possibilité de se produire dans des festivals.

 

Le groupe (ils sont désormais quatre à monter sur scène, Charles derrière le micro et son harmonica) reçoit différents prix. Il se produit plusieurs années de suite au Canada, jusqu’au prestigieux festival de jazz de Montréal. Sans label ni réseau, sans complexe, Charles arpente la planète et conquiert les cœurs anonymes. Arrive l’International Blues Challenge de Memphis, compétition musicale internationale, toujours en 2006. Un jury de professionnels sélectionne un disque et un groupe par pays. Les États-Unis, eux, ont le droit d’avoir un représentant par état. Charles Pasi, lui, représentera donc la France. Et se retrouve parmi les cinq finalistes, dernier candidat du monde face aux Américains. Inconnu au bataillon, avec ses petits outils, Charles Pasi séduit. Les médias internationaux l’interrogent, veulent lui parler. La confiance déploie ses ailes. Le bouche à oreilles fait le reste. Les dates tombent, le groupe tourne comme un damné, toujours dans une indépendance totale. Hongrie, Espagne, Chicago, Russie, Japon, Vietnam, Birmanie, Brésil, Angleterre, Pays-Bas, Irlande… Sa musique est une valise idéale, elle aime le blues, la soul, les mélanges spontanés et audacieux, elle refuse de s’enfermer, d’intégrer une famille qui, de toute façon ne sera jamais la sienne vu que cette famille n’existe que dans les têtes de ceux qui ne pensent qu’à étiqueter les choses de la vie pour mieux les affadir. Charles a besoin de plus, il veut non pas reproduire le passé (qu’il connaît à la perfection, passion oblige) mais bel et bien écrire son présent, là, tout de suite, maintenant, avec toutes les émotions, les images (le cinéma, toujours!), les désirs qui sortent de ses entrailles. Quand on le rencontre, on est frappé par son regard presque enfantin, son envie d’être compris et surtout, cette flamme qui a l’air de le brûler de l’intérieur.

 

2010: Charles a écrit son deuxième album. Les concerts ont explosé tous les compteurs, la route défile, elle donne beaucoup. Believe Recordings, label au départ spécialisé dans le digital, le veut comme première signature. Ses exploits de contrebandier ont allumé des feux. Un tourneur lui tend également la main, Blue Line. “Uncaged” voit le jour en 2011. L’histoire retiendra que sur cet enregistrement à l’identité forte, aux couleurs habitées, aux mélodies racées, aux chansons qui emmènent loin, Archie Shepp a accepté de jouer sur deux titres (“J’étais fan de Attica Blues et de Blasé, deux disques fantastiques, que je connaissais par cœur”). Charles avait envoyé son premier disque à sa femme, manageuse. Sans trop y croire. Archie Shepp dit oui. Archie Shepp vient en studio avec son saxophone. Archie Shepp!

 

Depuis qu’il joue, Charles Pasi a croisé bien des routes, que ce soit en studio ou sur scène. Celles de Maceo Parker, Ben Harper, Jeff Beck, Jack Johnson, Bertignac, Zaz, Grand Corps Malade, Jean-Louis Aubert, Carla Bruni. Il a collaboré aux bandes originales des films de Louis Garrel, Valeria Bruni Tedeschi. Il a même doublé Kad Merad à l’harmonica dans une scène aujourd’hui culte de Mais Qui A Retué Pamela Rose? Son cv ne l’empêche pas pourtant d’aller toujours de l’avant. Les lauriers, finalement, c’est un bonus appréciable, pas une finalité. Une confirmation que son chemin est le bon. Il est auteur-compositeur-interprète-instrumentiste et ça lui va bien. Ses frontières n’en sont pas, il navigue, il explore, il y va! Résultat, son troisième album, “Sometimes Awake” (titre inspiré par une nouvelle de Faulkner) sera disponible en octobre 2014. Son style a bien sûr évolué, ses morceaux dévoilent encore ce désir de ne pas accepter les codes, de tout transfigurer, que ce soit le blues, la soul, la musique afro-américaine, la classique. Charles expérimente, tente des choses qui, finalement, lui ressemblent: enlevées, profondes, sensuelles, libres. Avec toujours cette inspiration génératrice d’images, qui secoue les clichés. “Quand je compose, c’est très visuel. Ma musique, c’est un peu la bande originale de ma vie. Un peu comme un journal intime, celui que je n’ai jamais écrit.” C’est tout à fait ça. Quand on l’écoute, on devine que sa musique doit beaucoup aussi à la littérature et au cinéma. En entendant “Sometimes Awake”, si l’on ferme les yeux, on voit! Des hommes, des histoires, des sentiments, des rythmes, tout s’incarne, tout respire. Ce troisième disque marque un autre tournant dans sa carrière: Charles a travaillé pour la première fois avec un réalisateur, Jean-Philippe Verdin (mieux connu sous le nom de Readymade FC quand il enregistre sa propre musique, électronique). “Je l’ai choisi pour ses influences très larges, qui vont du jazz à la musique minimaliste. Et parce qu’il a compris ce que je voulais. Par exemple, sur cet album, il y a du sampling. Je voulais ça mais je voulais que ce soit incorporé intelligemment. Pas jouer les modernes pour jouer les modernes (sourire). Ces samples sont musicaux, ils cohabitent avec des cordes. C’est presque néo-baroque, avec toutes mes influences et les arrangements sont plus riches. Il y a aussi des cuivres… Je l’ai vraiment pensé comme un film, ce disque.” Mais quel film alors? La réponse ne tarde pas: “Je pense que ça serait un film un peu schizophrénique où l’on passerait des rires aux larmes, de la légèreté à des thèmes plus sérieux qui ont pu me toucher.” Un disque de vie en somme. Une vie loin des tumultes idiots, des précipitations, des aveuglements, des raccourcis trompeurs. Charles Pasi aime rêver, dormir, écrire dans son lit, prendre son temps, faire et refaire encore, c’est un nostalgique d’un temps qu’il n’a pas connu, c’est d’ailleurs peut-être pour ça que ses chansons génèrent un tel caractère onirique, cette magie palpable, présente, déterminante. Charles n’a peut-être connu ni la Renaissance, ni les années soixante ni le futur mais il sait qu’il avance sur la même ligne temporelle, que le temps, pour ceux qui sont sensibles au beau et au sublime, peut se contracter. Il est au cœur d’un monde qui n’appartient qu’à lui et que n’importe quelle personne encore capable de s’émouvoir peut décider de rejoindre. Il poursuit sa quête, celle de l’inconnu au bout du chemin. Là où tout reste possible.

 

Le monde lui appartient.

Jerôme Réjasse

En concert à l’Olympia le 1er février 2016

 

 

 

 

 

*********

CHARLES PASI

NEW ALBUM

“SOMETIMES AWAKE”

OCTOBER 27th

 

Rudyard Kipling considered there were two types of men : The ones that stay home and the others. The others are the ones that prefer unused spaces, edifying encounters, promises kept, rather than frontier walls, comfort that suffocates the miracle of experiences.

 

Charles Pasi is barely in his thirties. He was born in Paris, after the last combats, the ultimate revolutions. French mother, italian father, already reason enough to look further, higher, to not settle with evidence. At home, different sounds and cultures are mixed, there is a lot of exchanging, they know there is a horizon to go past. Today Charles speaks the language of Molière, Sam Cooke, Garibaldi and Cervantès (“My mother wants me to learn chinese because even if I only sell 100 000 overthere, it’s already a lot” he says before laughing like a child). As a child, he repeatedly listens to one of his father’s tapes. Not any tape. On it, Otis Redding, Ben E King, Percy Sledge… Songs for the soul. He adheres right away, the heart and guts validate the immobile trip. He knows without admitting anything to himself yet. Music has something magic, always. You never know why you decide to embrace it for eternity but we know it is indisputable, permanent. A woman we’ll never leave. The years go by. Charles listens, hears, learns, reads a lot as well ( the day we meet him he unsuccessfully tries to buy a book by Kant in a bookstore of the Latin quarter). Grunge in his teenage years, the incandescence of guitars, the electric fury and its jolts with Nirvana, Rage Against The Machine. And then NTM, some rap. And again Pink Floyd, Neil Young, Ray Charles, Little Walter, Miles Davis, Jimi Hendrix, Sonny Terry, Stevie Wonder, Mozart, Michael Jackson, Etta James, Janis Joplin, Lucio Dalla, Fabrizio De André, anything that could overwhelm him, talk to him, no matter the style, language, source, and lets not forget film soundtracks (Charles, at a young age already loves images, and is in love with stories in movement) with Rota, Morricone, Herrmann and Dylan… Bob Dylan.

 

One day, when he is sixteen, his bus stops in front of a music store. Charles goes inside, just to have a look, as if he were being pushed by an invisible hand. He questions a saleslady, gets information, looks through the different exposed models, before leaving the store with a harmonica in his pocket, the same one as Bob Zimmerman, and a small initiation guide. It is already too late to back up. Any regular teenager often choses the guitar, to imitate their hero or seduce a young girl in the summer, before abandoning the instrument in an attic without hope. Not Charles. Something else seems to haunt him. Something still unidentified. That is there. The harmonica, he learns how to tame it (“that’s all i would literally do” he specifies), he appropriates it, progresses, it’s there, part of him, for him. While at it, Charles signs up in a gospel choir and at the music academy to learn how to understand this new language that invades him a little more each day, he also takes up guitar, in order to be able to compose freely. Fulgurating bulimia. Having graduated, and after trying the Sorbonne, Charles leaves to go discover Rome for a year, travelling is his oxygen, he has also taken several trips to the US since he was little (“it’s my adoptive country” he admits), he goes through Parisian boulevards like time zones with an impressive craving for life and creating. In Italy, he joins his first band as a harmonica player, the Mood In Black, a swing, blues, old style rock&roll band. Then back to Paris, he writes his first songs, alone. He takes his time, time that is essential to all important things. Coming from a generation obsessed by speed, superficiality and technology, he prefers, as a craftsman, to learn forgotten secrets, those that will allow him to not tarnish his art. Charles goes to jams, bars, clubs, he performs in retirement homes, in front of disabled people. He shields himself, pulls out his harmonica, grabs the microphone, finds himself. Before meeting Antoine Holler, a guitarist. He plays his compositions for him. Obviousness. They decide to autoproduce Charles’ first album. He is 22. “Mainly Blue” finally exists. 2006. What comes next is almost a miracle. Charles wins the Tremplin de Blues Sur Seine, giving him the possibility to perform in festivals.

 

The band (they are now four on stage, Charles behind the microphone and his harmonica) receives several awards. He performs a few years in a row in Canada, until the prestigious Montreal jazz festival. Without record label, nor hung-ups, Charles pacese the planet and conquers anonymous hearts. Then comes the International Blues Challenge of Memphis, international music competition, still in 2006. A jury of professionals selects one song and one band per country. The US are allowed to have one representative by state. Charles Pasi, represents France. And finds himself among the five finalists, last candidate in the world facing the Americans. Unknown, with his small tools, Charles Pasi seduces. International media interview him, want to talk to him. Word to mouth does the rest. Concert dates follow, the band tours non stp, always in total independence. Hungary, Spain, Chicago, Russia, Japan, Vietnam, Burma, Brazil, England, Netherlands, Ireland… His music is an ideal suitcase, it likes blues, soul, spontaneous and audacious mixes, it refuses to integrate a family which, anyhow will never be his since this family only exists in the minds of those who put labels on things. Charles needs more, he doesn’t want to reproduce the past (which he knows perfectly, being so passionate) but wants to write his present, now, right away, with all the emotions, images (always film!), desires that come out of him. When you meet him, you are stunned by the almost childish look in his eyes, his wish to be understood , and mostly this flame that sees to burn inside of him.

 

2010: Charles wrote his second album. The concerts were sold out everywhere. Believe Recordings, at first a digital label, wants him as first signature. His exploits as smuggler have started fires He is also approached by a Tour management company, Blue Line. “Uncaged” is born in 2011. On this recording with a strong identity, many colors and melodies, where songs take you far, Archie Shepp accepted to play on two songs (“I was a huge fan of Attica Blues and Blasé, two great records which I knew by heart”). Charles had sent his first record to his wife, a manager. Without believing in it. Archie Shepp says yes. Archie Shepp comes to the studio with his saxophone. Archie Shepp!

 

Since he’s been performing, Charles Pasi has crossed many paths, whether in the studio or on stage. Artists such as Maceo Parker, Ben Harper, Jeff Beck, Jack Johnson, Bertignac, Zaz, Grand Corps Malade, Jean-Louis Aubert, Carla Bruni. He has collaborated on the soundtracks of Louis Garrel, and Valeria Bruni Tedeschi’s films. He even dubbed Kad Merad with a harmonica in a cult scene from the film Mais Qui A Retué Pamela Rose? His resume doesn’t stop him from moving forward. It turns out his gloryis a bonus, not a purpose. A confirmation that the path he has taken is the right one. He is a songwriter-composer-singer-instrumentist and it suits him well. He has no frontiers, he explores, he goes for it! As a result of this, his third album, “Sometimes Awake” (title inspired by a short story by Faulkner) will be available in october 2014. His style has of course evolved, the songs once again reveal his originality, his way of transfiguring everything, whether it is blues, soul, african american music, classical music. Charles experiments, tries things that resemble him: deep, sensual, free. Always with this inspiration from images. “When I compose, it’s very visual. My music is kind of like the soundtrack to my life. Sort of like a diary, the one I never wrote.” That’s exactly what it is. When you listen to his music it’s easy to guess that it owes a lot to litterature and film. In the meantime “Sometimes Awake”, if you close your eyes, you see! Men, stories, feelings, rhythms, everything lives, everything breathes. This third record marks another turn in his career: Charles worked with a music director for the first time, Jean-Philippe Verdin (better known as Readymade FC when he records his own elecronic music). “I chose him for his very large influences, that go from jazz to minimalist music. And because he understood what I wanted. For example, on this album there is sampling. That is what I wanted but I wanted it to be added in an intelligent way. Not just playing modern to play modern (smile). These samples are musical, they live with strings. It’s almost néo-baroque, with all my influences, and the arrangements are richer. There are also brass instruments… I really thought this record through like a film.” So what film then? The answer came fast: “I think it would be a schizophrenic film where you would go from laughs to tears, from lightness to more serious themes that have touched me.” A record about life, basically. A life far from silly problems, rushing, being blinded, mislead. Charles Pasi likes to dream, sleep, write from his bed, take his time, do and redo again, he is nostalgic for a time he never knew, which is maybe why his songs have such a dreamlike caracter, that magic you can feel, present, determining. Charles Maybe never lived through the Renaissance, or the sixties or the future, but he knows he is moving along the same timeline, that time, for those sensitive to beauty, can contract itself. It is the heart of a world that it belongs to and that any person can decide to join. He continues his journey, that of the stranger at the end of the road. Where everything is still possible.

 

The world belongs to him.

Jerôme Réjasse

 

 

*********

CHARLES PASI

— NUEVO ÁLBUM —

« SOMETIMES AWAKE »

LANZAMIENTO: 27 DE OCTUBRE DE 2014

 

Rudyard Kipling decía que había dos tipos de hombres: aquellos que se quedan en casa y los otros, que prefieren los espacios vírgenes, los encuentros constructivos y las promesas cumplidas, a los muros que limitan y la simple comodidad que sofoca el milagro de la experiencia.

 

Charles Pasi tiene apenas treinta años. Nació en París, después de los últimos combates, las últimas revoluciones. Su madre es francesa, su padre, italiano… Dos razones para mirar más lejos, más alto, para no contentarse con lo evidente. En su casa conviven diferentes sonoridades, diversas culturas, hay intercambio, y está presente la noción del horizonte, más allá, un horizonte para descubrir. Hoy Charles habla las lenguas de Molière, Sam Cooke y Garibaldi, así como la de Cervantes (“Mi madre quiere que empiece a estudiar chino, porque allá, aunque fracase con 100 000 ventas, ya es un montón”–dice, riéndose como un niño luminoso). De pequeño escuchaba un casete del padre, una y otra vez. Pero no cualquier casete. En él desfilaban Otis Redding, Ben E King, Percy Sledge… Emoción pura, concentrada, que lo seduce al instante. Su corazón y su alma participan de este viaje inmóvil. Él intuye algo, sin llegar aún a definirlo. La música siempre tiene ese lado mágico. Nunca se sabe por qué se decide abrazarla para toda la eternidad, pero sí que esta decisión es indiscutible, definitiva. Una mujer que nunca se ha de abandonar. Los años pasan. Charles escucha, oye, aprende, lee mucho también (el día que lo encontramos intentó comprar, sin éxito, una obra de Kant en una librería del Barrio Latino). Un periodo grunge en la adolescencia, la incandescencia de las guitarras, el furor eléctrico y sus sobresaltos con Nirvana, Rage Against The Machine. Más adelante, el rap, NTM. Y también Pink Floyd, Neil Young, Ray Charles, Little Walter, Miles Davis, Jimi Hendrix, Sonny Terry, Stevie Wonder, Mozart, Michael Jackson, Etta James, Janis Joplin, Lucio Dalla, Fabrizio De André, todo aquello que pudiera conmoverlo, emocionarlo, sea cual sea el estilo, la lengua, el origen, sin olvidar las bandas sonoras –Charles, desde muy joven, es un devorador de imágenes, un apasionado de las historias en movimiento– junto con Rota, Morricone, Herrmann y Dylan… Bob Dylan.

 

Un día, a los dieciséis años, su autobús se detiene frente a una tienda de instrumentos musicales. Charles entra para ver, como guiado por una mano invisible. Interroga a la vendedora, se informa, analiza los diferentes modelos, para partir con una armónica en el bolsillo, la misma de Bob Zimmerman, y un breve libro de iniciación. Demasiado tarde para echarse atrás. A menudo, el adolescente medio elige una guitarra como instrumento, para imitar a sus héroes o seducir a una joven durante el verano, antes de abandonarla, sin más, en el fondo de un desván. Pero Charles, no. A él lo apasiona otra cosa. Algo que todavía no se ha manifestado totalmente, pero que avanza en la sombra, a paso firme. Que está presente. Aprende a dominar la armónica, se la apropia, progresa (“Me encierro y practico, no hago más que eso” –precisa). Ella está ahí, es de él, está en él, para él. Inmediatamente, se inscribe en un coro de góspel y en el conservatorio, para aprender a descifrar ese nuevo lenguaje que lo invade día a día. Y también empieza guitarra, para componer más libremente. Una bulimia fulgurante. Una vez obtenida la selectividad, y tras una tentativa fallida en la Facultad de Letras de la Sorbona, Charles parte durante un año a descubrir Roma. El viaje es su oxígeno. Además, desde su infancia ha viajado repetidas veces a Estados Unidos (“Mi país de adopción…” –confiesa). Atraviesa los bulevares parisinos como los husos horarios, con unas ganas de vivir y crear impresionantes. En Italia, se incorpora como armonicista en su primer grupo, los Mood In Black, una banda de swing, blues y rock and roll a la antigua. Luego, vuelve a París, donde escribe solo sus primeras canciones. Se toma su tiempo, ese tiempo indispensable para toda empresa importante. Si bien forma parte de una generación obsesionada por la velocidad, la superficialidad y la tecnología, prefiere aprender los secretos olvidados, como un artesano, aquellos que permiten prolongar su arte, sin derrocharlo. Charles recorre los jams, los bares, los clubes, toca en residencias para ancianos, ante víctimas de accidentes de la ruta y discapacitados mentales. Toma fuerzas, desenfunda su armónica, atrapa el micrófono, se encuentra a sí mismo. Antes de encontrarse con Antoine Holler, un guitarrista, al que le hace escuchar sus composiciones. Un auténtico flechazo. Juntos deciden producir ellos mismos el primer álbum de Charles. Tiene 22 años. Así, en 2006, nace “Mainly Blue”. Lo que sigue, casi podría considerarse un milagro. Charles gana el concurso Tremplin de Blues Sur Seine, que le permite presentarse en festivales.

 

El grupo, compuesto de cuatro músicos, gana diversos premios, con Charles en voces y armónica. Durante varios años se presenta en Canadá, incluyendo el prestigioso Festival Internacional de Jazz de Montreal. Sin un sello que lo respalde ni relaciones, Charles recorre el planeta, sin complejos, conquistando corazones anónimos. En 2006 también participa en el International Blues Challenge de Memphis. Una competición musical internacional, donde un jurado de profesionales selecciona un disco y un grupo de cada país, salvo de Estados Unidos, que puede tener un representante por cada estado. Charles Pasi, entonces, representa a Francia. Y se encuentra entre los cinco finalistas, el último candidato del mundo ante los americanos. Charles Pasi, un perfecto desconocido, seduce, con sus modestas herramientas. Los medios internacionales lo entrevistan, quieren conocerlo. La confianza despliega sus alas. El resto viene solo, con el boca a boca. Comienzan a llover fechas de concierto y el grupo sale de gira, infatigable, siempre en un marco totalmente independiente. Hungría, España, Chicago, Rusia, Japón, Vietnam, Birmania, Brasil, Inglaterra, Holanda, Irlanda… Su música es una valija ideal que adora el blues, la soul, las mezclas espontáneas y audaces, que se niega al encierro, a integrar una familia que, de todos modos, nunca será la suya, ya que solo existe en la cabeza de quienes buscan etiquetar todo en la vida, para luego desvirtuarlo. Charles necesita algo más que eso, no quiere reproducir el pasado, que conoce a la perfección, ya que es un apasionado. Quiere escribir su presente, hoy, ya, ahora, con todas las emociones, las imágenes (¡el cine, siempre!), los deseos que surgen de sus entrañas. Cuando se lo conoce, sorprende por su mirada, casi infantil, sus ganas de ser comprendido y, sobre todo, por esa llama que parece iluminarlo desde adentro.

 

2010: Charles compone su segundo álbum. Los conciertos se multiplican, uno tras otro, la ruta desfila, con toda su riqueza. Believe Recordings, un sello digital, básicamente, quiere que firme con ellos su primer contrato. Sus hazañas de contrabandista comienzan a dar sus frutos. Un organizador de giras, Blue Line, también le tiende la mano. En 2011 aparece “Uncaged”, una obra que quedará en la historia, con una identidad fuerte, colores vívidos, melodías exquisitas, canciones para evadirse, lejos…Y la participación de Archie Shepp en dos temas (“Yo había adorado Attica Blues y Blasé, dos discos fantásticos que conocía de memoria”). Charles envió su primer disco a la mujer, y manager, del músico, sin muchas esperanzas. Y Archie Shepp aceptó la invitación. Archie Shepp vino al estudio con su saxo. ¡Archie Shepp!

 

Desde que comenzó a tocar, Charles Pasi se ha cruzado con muchos artistas en su camino, ya sea en el estudio o la escena. Así conoció a Maceo Parker, Ben Harper, Jeff Beck, Jack Johnson, Bertignac, Zaz, Grand Corps Malade, Jean-Louis Aubert, Carla Bruni. Colaboró en las bandas sonoras de Louis Garrel y Valeria Bruni Tedeschi. Incluso dobló a Kad Merad con su armónica durante una secuencia de la pelicula Mais Qui A Retué Pamela Rose ?, que se ha convertido en una escena de culto. Sin embargo, su vasta trayectoria no le impide seguir avanzando con ahínco. En definitiva, los laureles representan un aporte, no una finalidad en sí misma. Confirman que se anda por el buen camino. Charles es autor-compositor-intérprete-instrumentista, y le sienta bien. ¡Él navega, explora, avanza, desafiando las fronteras! Resultado: su tercer álbum, “Sometimes Awake”, cuyo título se inspira de un relato de Faulkner, verá la luz en octubre de 2014. Obviamente, su estilo ha evolucionado. Sus canciones siguen revelando esa tendencia a rechazar los códigos y transfigurarlo todo, ya sea el blues, la soul, la música afroamericana, la clásica. Charles experimenta, prueba y genera una música que, básicamente, se le parece: desenfadada, profunda, sensual, libre. Siempre con esa inspiración generadora de imágenes que barre con todos los estereotipos. “Mi composición es sumamente visual, como si mi música fuera la banda sonora de mi vida. Una especie de diario íntimo, ese diario que nunca escribí”. Y así es, efectivamente. Al escuchar su obra, se vislumbra una fuerte influencia del cine y la literatura, también. Si se cierran los ojos mientras suena “Sometimes Awake”, ¡se vuelve visible! Se ven desfilar hombres, historias, sentimientos, ritmos…todo cobra vida, respira. Ester tercer disco marca un momento crucial en su carrera: es la primera vez que Charles trabaja con un director artístico, Jean-Philippe Verdin (conocido bajo el nombre de Readymade FC, cuando graba su propia música electrónica). “Lo elegí porque me interesaban sus múltiples influencias, que van del jazz a la música minimalista. Y además, porque entendió lo que quería. Por ejemplo, en este álbum, hay sampling. Era lo que buscaba, pero quería que se integre de manera inteligente. No hacernos los modernos, así porque sí (sonrisa). Estas samples son musicales, conviven con las cuerdas. Podría decirse que es neobarroco, debido a todas mis influencias, y los arreglos son más ricos. También incluye cobres… Este disco, en realidad, fue concebido como una película”. ¿Pero qué película? La respuesta no se hace esperar: “Pienso que sería una película bastante esquizofrénica, que pasaría de las risas a las lágrimas, de la ligereza a temas más serios, que me hubieran afectado”. El disco de una vida, en resumen. Una vida alejada de los tumultos idiotas, las precipitaciones, los ofuscamientos, los atajos engañosos. A Charles Pasi le gusta soñar, dormir, escribir en su cama, tomarse su tiempo, hacer y rehacer, una y otra vez. Tiene nostalgia de una época en la que nunca vivió, quizás sea por eso que sus canciones generan ese ambiente onírico, esa magia palpable, presente, tan determinante. Charles quizás no haya conocido el Renacimiento, el futuro ni los años sesenta, pero sabe que avanza sobre la misma línea temporal. Que el tiempo, para los seres sensibles a lo bello y lo sublime, puede contraerse. Está en el centro de un universo que solo le pertenece a él y al que pueden acceder aquellos que aún pueden emocionarse. Continúa en su búsqueda rumbo a lo desconocido, que se encuentra al final del camino. Allí donde todo puede ser posible.

 

El mundo le pertenece.

Jerôme Réjasse

*********

CHARLES PASI

— NEUES ALBUM—

« SOMETIMES AWAKE »

HERAUSGABE AM 27. OKTOBER 2014

 

Rudyard Kipling war der Meinung, dass es zwei Sorten von Menschen gibt : diejenigen, die immer am gleichen Ort leben und die Anderen. Die Anderen sind diejenigen, die die Grenzen überschreiten und den angenehmen Konfort, welcher das Erwachen der Versuchsexperimente im Keime erlöscht, hinter sich lassen und die noch unberührten Lebensräume, die bereichernden Treffen, das Kennenlernen anderer Menschen und die vielversprechenden Verheissungen bevorzugen!

 

Charles Pasi ist Anfang Dreissig. Er ist in Paris nach den letzten Kämpfen, den allerletzten Revolutionen geboren. Seine Mutter ist Französin, sein Vater Italiener, dies allein sind schon Gründe, weiter und höher, ja das Leben anders zu betrachten und sich nicht mit einer einzigen Gewissheit zufrieden zu geben. Zuhause vermischten sich die unterschiedlichsten Tonklänge und Kulturen, man hat oft Meinungs- unterschiede und Diskussionen und man weiss, dass man den Horizont überschreiten kann, andere Wege einschlagen sollte. Charles spricht in gleicher Weise die Sprache von Molière, von Sam Cook, Garibaldi sowie auch Cervantès («Meine Mutter möchte, dass ich auch chinesisch lerne, sie meint sogar mit nur 100.00 verkauften Platten ist dies schon ein Erfolg», sagt er und lacht dann wie ein strahlendes Kind). Schon als Kind hört er immer wieder Musikkasetten seines Vaters, entweder von Otis Redding, Ben E King, Percy Sledge……er ist sich sicher, er will nicht länger warten und beginnt mit Gewissheit und Freimütigkeit dieses persönliche Abenteuer. Er weiss ohne es sich einzugestehen, er weiss, dass die Musik etwas Wunderbares, ja Aussergewöhnliches in seinem Leben spielen wird. Man kennt die exakten die Gründe nie genau, man weiss es ist unwiderruflich und definitiv. Die Musik ist wie eineFrau, die man nie verlassen wird. Die Jahre vergehen, Charles hört viel Musik, hört zu, lernt und liest sehr viel, (als wir ihn im Quartier Latin getroffen haben, suchte er in einer Bücherei erfolglos ein Werk von Immanuel KANT). In seiner Jugend hatte er eine «Grunge Periode», die Anziehung der Guitarren, die elektrische Leidenschaft von NIRVANA, «rage against the machine – dieWut gegen die Maschine». Und dann kam NTM und der RAP und natürlich Pink Floyd, Neil Young, Ray Charles, Little Walter, Miles Davis, Jimi Hendrix, Sonny Terry, Stevie Wonder, Mozart, Michael Jackson, Etta James, Janis Joplin, Lucio Dalla, Fabrizio De André, alle die ihn ansprachen, ihn völlig verwandelten, egal welcher Stil, welche Sprache, welcher Ursprung, nicht zu vergessen die Filmmusiksongs mit Rota,Morricone, Herrmann und Dylan…. Bob Dylan.

(Charles interessiert sich schon als Junge fürs Kino und ist ein Liebhaber von Filmggeschichten).

 

Mit 16 Jahren hält sein Bus vor einem Musikgeschäft an. Charles geht hinein, um sich etwas umzuschauen, wie von einer höheren Gewalt getrieben. Er lässt sich von einer Verkäuferin beraten, erkundigt sich, schaut sich die ausgestellten Modelle genauer an, er verlässt das Geschäft mit einer Harmonika in der Tasche, die gleiche wie Bob Zimmermann und ein kleines Einführungskursbuch. Nun ist es zu spät, um auszuweichen, er zögert nicht mehr. Der Jugendliche wählt oft seine Guitarre, um seine Heden zu imitieren oder junge Mädchen für einen Sommer lang zu verführen, doch bald legt er das Instrument hoffnungslos auf den Speicher. Es scheint, als ob Charles von etwas anderem getrieben wird. Etwas, das er noch nicht definieren kann, das langsam aber sicher aus dem Schatten treten wird und konkret werden wird. Dieses Ungewisse ist die Harmonika, die er langsam aber sicher zu spielen lernt. («ich übe den ganzenTag, versuche das Instrument zu beherrschen und mache nur noch das ,erklärte er»), er macht Fortschritte und ist voll dabei, das ist sein Instrument, er fühlt es in sich. Gleichzeitig schreibt sich Charles in einem GOSPEL-Chor und in der Musikhochschule ein, um die Musiklehre und -sprache zu erlernen, denn jeden Tag wird er mehr und mehr davon eingenommen. Er komponiert viel auch auf seiner Guitarre, so kann er viel freier und ungezwungener seine Musik schreiben, wie von einem enormen Heisshunger getrieben. Nach dem Bestehen des Abiturs und einem abgeprochenen Studium an der philosophischen Fakultät der Sorbonne reist er für ein Jahr nach Rom, Reisen bedeutet das Leben – ist sein Sauerstoff, zudem ist er seit seiner Kindheit sehr oft in die Vereinigten Staaten von Amerika gereist («das ist meine zweite Heimat», vertraut er uns an). Er durchquert die Boulevards von Paris so wie die ganze Welt mit einer beeindruckenden Lebens- und Schaffenslust. In Italien wird er in seiner ersten Band «the Mood in Black» als Harmonikaspieler aufgenommen, eine Swing-, Blues-, Rock’n Roll Band. Nach seiner Rückkehr in Paris schreibt und komponiert er seine eigenen Lieder und nimmt sich Zeit, diese notwendige Zeit, um etwas Wichtiges zu schaffen. Im Gegensatz zu seiner Generation, die von der Schnelligkeit, der Oberflächlichkeit und der Technologie bestimmt ist, zieht er es vor, wie ein Handwerker die vergessenen, geheimen Kenntnisse seiner Kunst zu erlernen, und nicht ohne Sinn und Verstand, Charles will mehr; er spielt auf seiner Gitarre in Bars, in Klubs und Altenheimen, vor Unfallverletzten und Geistigbehinderten. Er geht auf die Bühne, holt seine Harmonika heraus, nimmt das Mikrofon ein und findet sich dabei, so will er sein! Als er den Guitarristen Antoine Holler kennenlernt und gemeinsam seine Kompositionen anhören,   ist es offensichtlich klar, sie entscheiden das erste Album von Charles selbst zu produzieren. Er ist 22 Jahre alt und endlich erscheint im Jahre 2006 das Album «Mainly Blue». Die Fortsetzung erscheint fast wie ein Wunder, Charles gewinnt den Wettbewerb «Blues sur Seine» und kann jetzt   auf internationalen Festivals spielen.

 

Die Band erhält mehrere Preise, sie besteht nun aus 4 Musikern, Charles hinter dem Mikrofon mit seiner Harmonika. Die Band spielt mehrere Jahre auf Festivals in Kanada und sogar auf dem weltberühmten Jazz-Festival von Montréal. Ohne Etikett, ohne Netzwerk, ohne Komplexe. Charles durchquert «mit grossen Schritten» die Welt und erobert viele anonyme Herzen. Noch im Jahre 2006 spielt die Band auf dem «International Blues Challenge» von Memphis, ein internationaler Musikwettbewerb. Eine professionnelle Jury erwählt aus jedem Land eine Platte und eine Band. Die Vereinigten Staaten haben das Recht einen Vertreter pro Staat aufzustellen. Charles PASI spielt für das Land Frankreich. Er ist unter den fünf Finalisten, der letzte Kandidat gegen die Amerikaner. Bisher war er der Musikwelt völlig unbekannt, doch er verführt die Zuhörer und hat Erfolg. Die internationalen Medien wollen ihn interviewen und interessieren sich für seine Musik.   Das Selbstvertrauen gibt «Flügel» und das Hörensagen bringt den Erfolg: die total unabhängige Band ist gefragt und hat viele Termine, sie spielt überall auf der Welt, in Ungarn, Spanien, Chicago, Russland, Japan, Vietnam, Birmanie,Brasilien, England, Holland, Irland…. Seine Musik ist ein «idealer Koffer», eine Mischung aus Blues- und Soulmusik gut und gewagt arrangiert, sie lässt sich nicht in einen vorgegebenen Rahmen einpassen, er selbst will nicht in ein etikettiertes Klischee eingepresst werden, das das Leben langweilig und fade macht, er ist mutig und will mehr, er will das Vergangene, das er bestens kennt, nicht wiederholen, nein er will seine eigene Gegenwart, seinen Stil und seine persönlichen Emotionen wiedergeben, seine Bilder und das immer gegenwärtige Kino, seine innersten Wunschvorstellungen. Wenn man ihn trifft, ist man von seinem fast kindlichen Blick, seinem Wille verstanden zu werden und besonders das in ihm «brennende Feuer» äusserst betroffen.

 

2010:Charles hat sein zweites Album geschrieben. Die Konzerte werden unzählbar, er ist auf seiner Laufbahn, sie gibt ihm sehr viel und er geht darin auf. «Believe Recording» eine Spezialdigital -   Plattenfirma möchte ihn als ersten unter Vertrag nehmen. Seine hervorragenden Musikproduktionen und Leistungen haben ihn bekannt gemacht. Ein Filmregisseur dreht den Film Blue Line mit ihm. «Ungaged» erscheint im Jahre 2011. Man erinnert sich daran, dass diese sehr persönliche Platten-aufnahme mit farbenfrohen und phantasievollen Melodien, mit fremdländischen Liedern, dass auch Archie Sheep zwei Songs mitgespielt hat («Ich war ein Fan von Attica Blues und von Blasé, zwei phantastische Platten, die ich auswendig kannte» ). Charles hatte seine erste Platte der Ehefrau von Archie Sheep zugeschickt, ohne irgend welche Hoffnungen, doch Archie Sheep sagt zu, er kommt mit seinem Saxophon ins Studio, er spielt mit Archie Sheep!

 

Charles Pasi hat seit Beginn seiner Laufbahn viele Persönlichkeiten getroffen, entweder im Studio oder auf der Bühne, nur um einige zu nennen: Marceo Parker, Jeff Beck, Jack Johnson, Bertignac, Zaz, Grand Corps Malade, Jean-Louis Aubert, Carla Bruni. Er hat in Zusammarbeit mit Louis Garrel, Valérie Bruni Tedeschi die orignalen Filmmusikbände produziert. Er hat sogar Kad Mérad mit seiner Harmonika auf der aktuellen Kultszene « Mais qui a retué Pamela Rose?» begleitet. Sein Lebenslauf und seine Erfahrungen hindern ihn nicht daran, immer weiter zu schauen, sich immer wieder neue Herausforderungen zu stellen. Für ihn sind die Peislorbeeren letztendlich ein wertvoller Bonus, aber nicht der Zweck, die Finalität. Eine Bestätigung seines eingeschlagenen Weges. Er nennt sich heute Autor-Komponist-Interpret-Instrumentalist und dies entspricht ihm genau. Er kennt keine Grenzen, er steuert und erforscht bis ins Geringste! Ergebnis, sein drittes Album «Sometimes Awake» ( eine Novelle von Faulkner hat ihn zu diesem Titel inspiriert), es wird ab Oktober 2014 auf dem Markt sein. Sein Stil hat sich natürlich etwas geändert , hat sich weiterentwickelt, in seinen Stücken merkt man immer noch diesen Wunsch, die Kodes nicht zu akzeptieren und alles verändern zu wollen, sowohl den Blues, den Soul als auch die afro-amerikanische- und klassische Musik. Charles experimentiert und sucht nach Möglichkeiten, die ihm eigen sind: kühn, leicht und tiefgründig, sinnlich und frei. Er versucht die Klischees mit dieser bildertragenden Inspirationskraft zu durchbrechen. «Wenn ich komponiere ist alles sehr visuell meine Musik entspricht etwa dem Orginalsong meines Lebens. Man kann es mit einem Tagebuch vergleichen, welches ich nie geschrieben habe.» So kann man es beschreiben. Wenn man ihm zuhört, kann man sich den Einfluss von Literatur und Kino bemerken. Wenn man beim Hören von «Sometimes Awake» die Augen schliesst, sieht man Menschen, Geschichten, Gefühle und Rhythmen , alles ist verkörpert, alles atmet. Dieses dritte Album bedeutet ein anderen Wendepunkt in seiner Karriere. Charles hat zum ersten Mal mit einem Filmregisseur gearbeitet, Jean-Philippe Verdin -besser bekannt unter dem Namen Readymade FC -er registriert seine eigene Elekto-Musik.) «Ich habe ihn wegen seinen sehr weitläufigen bedeutenden Einflüsse gewählt, sie geginnen beim Jazz bis zur Minimal-Musik. Zudem hat er genau verstanden, was ich von Ihm erwartete . Auf diesem Album zum Beispiel kann man « sampling » hören. Ich wollte dies, aber auf eine intelligente Weise eingefügt. Um moderne Songs zu spielen, moderne Songs (Lächeln). Diese « samples » sind sehr musikalisch, sie passen gut zu den Saiten. Dies ist fast neuer Barok mit allen Einflüssen und den unterschiedlichsten Arrangements. Es gibt auch die Blechinstrumente… diese Platte ist wie ein Film gedacht und arrangiert. Aber was für ein Film? Die Antwort kommt schnell: «Ich denke, dass dieses Werk etwas schizophren, ja absurd sein wird, man kommt vom Lachen ins Weinen, von der Leichtigkeit bis zu schwierigen Themen, die mich betroffen haben. Eine Schallplatte fürs Leben sozusagen. Ein Leben weitentfernt der idiotischen Tumulten, der schnellen und überstürtzten Entscheidungen, der Verblendung und Wahnvorstellungen, den täuschenden Abkürzungen. Charles Pasi liebt es zu träumen, zu schlafen, im Bett zu schreiben, seine freie Zeit zu geniessen, immer wieder neu aufzuschreiben, er denkt mit Sehnsucht, nostalgisch an eine Zeit zurück, die er nicht kannte. Dies ist vielleicht der Grund dafür, dass seine Lieder berühren, sie rufen solche traumhafte Vorstellungen hervor, diesen spürbaren Zauber, präsent und ausschlaggebend. Charles kannte die Renaissance und die sechziger Jahre nicht, er weiss auch nicht, was ihm die Zukunft bringt, aber er weiss, dass er auf der gleichen zeitlichen Linie fortschreitet und die Zeit sich zusammenfügt, kontraktiert für die Menschen, die das Schöne und Herrliche erkennen. Er ist mitten in einer Welt, die nur ihm selbst gehört ,derjenige, der noch fühlen und gerührt sein kann, möge sich ihm anschliessen. Er ist weiterhin auf der Suche, die Suche nach etwas völlig Neuem und Unbekannten . Dort wo alles möglich ist.

 

Die Welt gehört ihm.

Jerôme Réjasse

 

********

CHARLES PASI

— IL NUOVO ALBUM—

« SOMETIMES AWAKE »

 

RudyardKiplingriteneva che esistono due tipi di uomini: quelli che stanno a casa e quelli che non ci stanno.Quelli che non ci stanno,sono quelli che, ai muri di confine, alle piccole comodità che soffocano il miracolo dell’esperienza, preferiscono gli spazi ancora vergini, gli incontri edificanti, le promesse mantenute.

 

CharlesPasiha appena trenta anni. È nato a Parigi, dopo gli ultimi combattimenti, le ultime rivoluzioni. Di madre francese e padre italiano, già due ragioni per guardare più lontano, più in alto, per non accontentarsi dell’ovvio. A casa, si mescolano suoni e culture diversi, è un continuo scambio, si impara che bisogna andare oltre l’orizzonte. Oggi Charles parla sia le lingue di Molière, Sam Cooke, Garibaldi che quella di Cervantes (“Mia madre voleva che iniziassi a studiare il cinese perché in Cina, anche se faccio un fiasco totale con 100.000 vendite, è comunque un grande risultato”, dice abbandonandosi alla risata di un bambino solare). Da piccolo, ascolta ripetutamente una cassetta del padre. Non una qualsiasi però. OtisRedding,BenE.King,PercySledge… musica per l’anima, musica pura. Vi si immerge totalmente, il cuore e lo spirito lo seguono in questo viaggio immobile. Sa senza ancora ammettere niente a se stesso. La musica esprime una dimensione magica, sempre. Non si sa mai perché si decida di legarsi a lei per l’eternità, ma si è consapevoli che la decisione è incontestabile, definitiva. Una donna che non si lascerà mai. Gli anni passano. Charles ascolta, percepisce, impara, legge anche molto (il giorno in cui lo incontriamo, prova, senza riuscirci, a comprare un’opera di Kant in una libreria del quartiere latino). Un periodo grunge durante l’adolescenza, l’incandescenza delle chitarre, il furore elettrico e i suoi turbinii con i Nirvana, i RageAgainstTheMachine. E poi gli NTM, la musica rap. Ma anche i Pink Floyd, Neil Young, Ray Charles, Little Walter, Miles Davis, Jimi Hendrix, SonnyTerry, Stevie Wonder, Mozart, Michael Jackson, Etta James, Janis Joplin, Lucio Dalla, Fabrizio De André, tutto ciò che riusciva a scuoterlo, a parlargli, indipendentemente dallo stile, la lingua, la fonte, senza dimenticare le colonne sonore dei film (fin da giovanissimo, Charles è un divoratore di immagini, un amante delle storie in movimento) con Rota, Morricone, Herrmann e Dylan… Bob Dylan.

 

Un giorno, all’età di sedici anni, l’autobus su cui viaggia si ferma davanti a un negozio di musica. Charles entra, solo per guardare, come spinto da una mano invisibile. Fa domande a una commessa, si informa, scruta i vari modelli esposti, prima di uscire con un’armonica in tasca, uguale a quella di BobZimmerman, e un libretto introduttivo. È già troppo tardi per tornare indietro.

 

Qualsiasi altro adolescente avrebbe quasi sicuramente scelto la chitarra, per imitare i suoi idoli o sedurre una ragazza in estate, per poi abbandonare lo strumento in una soffitta senza speranza. Charles no. C’è qualcos’altro che lo anima. Una cosa che non ha ancora un nome, che sicuramente avanza nell’ombra. Che è presente. L’armonica, impara a dominarla (“mi chiudo in casa e mi esercito, non faccio altro”, precisa), la fa sua, migliora. È arrivato: è con lui, in lui, per lui. Sull’onda di questa novità, Charles si iscrive a un coro gospel e al conservatorio per imparare a decifrare questo nuovo linguaggio che lo invade ogni giorno di più; decide di imparare a suonare anche la chitarra, giusto per poter comporre in modo ancora più libero. Una bulimia folgorante. Con il diploma in tasca, dopo un tentativo fallito alla facoltà di lettere alla Sorbona, Charles parte per un anno alla scoperta di Roma: il viaggio è il suo ossigeno. Inoltre, sin dall’infanzia ha soggiornato più volte negli Stati Uniti (“il mio paese adottivo”, confessa). Attraversa i boulevard parigini come i fusi orari, con una sete di vita e di creatività decisamente impressionante. In Italia, entra come armonicista nel suo primo gruppo, i Mood In Black, un gruppo di swing, blues, rock&roll all’antica. Poi il ritorno a Parigi. Scrive le prime canzoni, da solo. Si prende il suo tempo, quel tempo indispensabile per ogni impresa importante. Cresciuto con una generazione ossessionata dalla velocità, dalla superficialità e dalla tecnologia, lui, come un artigiano, preferisce imparare i segreti dimenticati, quei segreti che gli servono per non lasciare che la sua arte vada persa, per prolungarla. Charles frequenta jam, bar, club, suona nelle case di riposo, davanti alle vittime di incidenti stradali o disabili mentali. Si isola, sfodera la sua armonica, prende in mano il microfono, ritrova se stesso. Prima di incontrare Antoine Holler, un chitarrista. Gli fa ascoltare i suoi brani. Un’illuminazione, decidono di autoprodurre il primo album di Charles. Ha 22 anni. Finalmente esce “Mainly Blue”. È il 2006. Il seguito assomiglia a un miracolo. Charles vince il concorso per nuovi artisti Tremplin Blues Sur Seine, che gli offre la possibilità di esibirsi ai festival.

 

Il gruppo (adesso sono in quattro a salire sul palco, con Charles alla voce e all’armonica) riceve diversi premi. Si esibisce per diversi anni in Canada, fino ad approdare al prestigioso festival jazz di Montréal. Senza etichetta né rete di contatti a cui appoggiarsi, senza complessi, Charles solca le strade del pianeta, conquistando i cuori anonimi. Sempre nel 2006 arriva l’International Blues Challenge di Memphis, una competizione musicale internazionale in cui una giuria di professionisti seleziona un disco e un gruppo per paese. Gli Stati Uniti, invece, hanno diritto a un rappresentante per stato. È proprio Charles Pasi a rappresentare la Francia e a ritrovarsi tra i cinque finalisti, l’ultimo candidato del mondo di fronte agli americani. Un perfetto sconosciuto, con i suoi strumenti modesti, Charles Pasi seduce. I media internazionali lo intervistano, vogliono parlare con lui. Si dispiegano di fronte a lui le ali della fiducia. Il passaparola fa il resto. Piovono incessanti le date dei concerti, il gruppo viaggia come un dannato, sempre nella più totale indipendenza. Ungheria, Spagna, Chicago, Russia, Giappone, Vietnam, Birmania, Brasile, Inghilterra, Paesi Bassi, Irlanda… La sua musica è una valigia ideale, che ama il blues, il soul, i mix spontanei e audaci, rifiuta di chiudersi, di entrare in una famiglia che non sarà mai la sua, una famiglia che esiste solo nella mente di quanti non pensano che a etichettare le cose della vita per appiattirla meglio. Charles ha bisogno di qualcosa di più, non vuole riprodurre il passato (che conosce alla perfezione, essendo un vero appassionato) ma vuole assolutamente scrivere il presente, qui, subito, adesso, con tutte le emozioni, le immagini (il cinema, sempre!), i desideri che sente nel profondo di sé. Quando lo incontriamo, ci colpisce per il suo sguardo quasi infantile, la sua voglia di essere capito e, soprattutto, quel fuoco che sembra bruciare dentro di l ui.

 

2010: Charles scrive il suo secondo album. I concerti registrano il sold out, si apre una strada ricca di possibilità. Believe Recordings, etichetta inizialmente specializzata nel digitale, vuole che sia lui a firmare il primo contratto. Le sue imprese da contrabbandiere hanno fatto scattare delle scintille. Anche la Blue Line, società di organizzazione di tour, gli tende la mano. Nel 2011 esce “Uncaged”, un’opera che rimarrà nella storia per l’identità forte, i colori vissuti, le melodie pulite, le canzoni che portano lontano… e la partecipazione di Archie Shepp, che ha accettato di suonare in due pezzi (“Ero un grande fan di Attica Blues e Blasé, due dischi fantastici, li conoscevo a memoria”). Charles aveva inviato il suo primo disco alla moglie del musicista, manager, senza crederci troppo. Archie Shepp aveva detto di sì. Archie Shepp era arrivato in studio con il suo sassofono. Archie Shepp!

 

Da quando ha iniziato a suonare, Charles Pasi ha incrociato molti artisti nel suo cammino, sia in studio che sul palco… Maceo Parker, Ben Harper, Jeff Beck, Jack Johnson, Bertignac, Zaz, Grand Corps Malade, Jean-Louis Aubert, Carla Bruni. Ha collaborato alla realizzazione delle colonne sonore dei film di Louis Garrel, Valeria Bruni Tedeschi. Ha anche doppiato Kad Merad all’armonica in una scena divenuta cult di F.B.I. – Due Agenti Impossibili. Eppure, il suo brillante curriculum non gli impedisce di spingersi sempre oltre e progredire. Gli allori, per Charles, rappresentano un bonus, non uno scopo. Sono la conferma che la strada è quella giusta. È autore-compositore-interprete-strumentista e tutto ciò gli sta alla perfezione. Per lui, i confini non esistono: naviga, esplora, raggiunge la meta! Il risultato? Il suo terzo album, “Sometimes Awake” (titolo inspirato da un racconto di Faulkner), disponibile da ottobre 2014. Ovviamente, il suo stile si è evoluto, i suoi pezzi

 

svelano ancora una volta quel desiderio di non accettare i codici, di trasfigurare tutto, che si tratti di blues, soul, musica afroamericana o classica. Charles sperimenta, prova cose che, finalmente, gli assomigliano: elevate, profonde, sensuali, libere. Sempre con la sua ispirazione, scaturigine di immagini, che rompe gli stereotipi. “Quando compongo, è un processo molto visivo. La mia musica è una sorta di colonna sonora della mia vita. È come un diario, quello che non ho mai scritto.” Ed è esattamente così: quando lo si ascolta, si intuisce facilmente che deve molto anche alla letteratura e al cinema. Quando suona “Sometimes Awake”, se chiudi gli occhi, vedi! Uomini, storie, emozioni, ritmi, tutto prende vita, tutto respira. Questo terzo disco segna una svolta nella sua carriera: per la prima volta Charles ha lavorato con un direttore artistico, Jean-Philippe Verdin (più noto con il nome di Readymade FC, che usa quando registra la sua musica elettronica). “L’ho scelto per la vastità delle sue influenze, che vanno dal jazz alla musica minimalista. E perché ha capito cosa volevo. Ad esempio, in questo album, c’è del sampling. Lo volevo, ma volevo anche che fosse inserito in modo intelligente. Non suoni moderni giusto per fare i moderni (sorride). I samples sono musicali, vivono con le corde. È quasi neo-barocco, con tutte le mie influenze, e gli arrangiamenti sono più ricchi. Ci sono anche gli ottoni… L’ho pensato proprio come un film, questo disco.” Ma quale film? La risposta arriva subito: “Penso che sarebbe un film un po’ schizofrenico, in cui si passa dalle risate alle lacrime, dai temi più leggeri a quelli più seri, che mi hanno toccato.” L’album di una vita, essenzialmente. Una vita lontana dai tumulti insensati, dalla fretta, dalla cecità, dall’inganno delle scorciatoie. Charles Pasi ama sognare, dormire, scrivere a letto, prendersi il tempo necessario, fare e rifare ancora, è un nostalgico di un tempo che non ha conosciuto, forse è proprio per questo che le sue canzoni esprimono un carattere così onirico, quella magia palpabile, presente, determinante. Charles non avrà conosciuto il Rinascimento, gli anni Sessanta o il futuro, ma sa che si muove lungo la stessa linea temporale, sa che il tempo, per chi è sensibile al bello e al sublime, può contrarsi. È al centro di un mondo che appartiene solo a lui e che apre le sue porte a chiunque sia ancora capace di emozionarsi. Continua la sua ricerca, la ricerca dell’ignoto, che si conosce alla fine del cammino. Là dove tutto è ancora possibile.

 

Il mondo gli appartiene.

Jerôme Réjasse

 

*********

шарльпази

— НОВЫЙ АЛЬБОМ—

«SOMETIMESAWAKE»

РЕЛИЗ27

ОКТЯБРЯ2014

 

Редьярд Киплинг полагал, что все люди делятся на два типа: те, кто сидят по домам, и все остальные. Остальные – это те, кто предпочитает ограничивающим стенам и удушающим насиженным местам чудеса приобретения  жизненного опыта, еще неосвоенные просторы, поучительные новые знакомства и сдержанные обещания.

 

Шарлю Пази совсем недавно исполнилось тридцать лет. Он родился в Париже после войн и революций. Мать – француженка, отец – итальянец – уже вполне веские причины смотреть ввысь и вдаль и не довольствоваться повседневностью. В родном доме он с детства был погружен в атмосферу смешения языков и культур, и уже с молодых лет он знал, что за горизонтом всегда ждет много увлекательного.  С годами Шарль в идеале выучил языки Мольера, Сема Кука, Гарибальди и Сервантеса («Мама, хочет, чтобы я еще выучил китайский, потому что, даже если я с треском провалюсь, 100 000 там – это уже огромные деньги», – рассказывает он, смеясь как ребенок).  Еще в самом детстве он  без остановки слушал одну из кассет своего отца. И не просто какую-то кассету. На ней были записаны композиции Отиса Реддинга, Бена И. Кинга, Перси Следжа… Каждая песня – частичка их души. Он бескомпромиссно влюбляется в эти ритмы, и сердцем и душой отправляется в виртуальное путешествие. Он уже знает, хотя и не осознает до конца. Музыка – это всегда некое волшебство. Никому не известно, по какой причине мы решаем слиться с ней навеки, но все понимают, что это бесповоротно и окончательно. Она как женщина, с которой мы никогда не расстанемся. Проходят годы. Шарль слушает, слышит, учится и много читает (в день нашей встречи он безуспешно пытался приобрести в одном из книжных магазинов Латинского квартала томик Канта). В подростковом периоде он прошел через увлечение музыкой гранж со свойственными ей накалом гитар, электрической яростью и резкими скачками, такими как у Nirvana или RageAgainstTheMachine. А потом была группа NTM, чистый рэп. А также PinkFloyd,Нил Янг,Рэй Чарльз,Литтл Уолтер,Майлз Дэвис, Джими Хендрикс,Сонни Терри,Стиви Уандер,Моцарт,Майкл Джексон,Этта Джеймс,Дженис Джоплин,Лучо Далла,ФабрициоДеАндре, одним словом, все те, кто потрясал его душу и о чем то рассказывал, не зависимо от стиля, языка и происхождения. А еще не стоит забывать о музыке из фильмов (Шарль уже с юных лет обожал смотреть кино и истории в действии), а также о Бобе Циммермане и небольшом дидактическом пособии. Отступать уже поздно. Обычный подросток берет в руки гитару, чтобы привлечь внимание девушки, с которой познакомился летом, а потом забрасывает инструмент и забывает его в каком-нибудь пыльном гараже. Но только не Шарль. Им, кажется, движет совсем другое. Нечто, чему он еще не дал названия, которое движется в тени, но уверенно и верно. Оно присутствует всегда. Шарль в совершенстве овладел гармоникой («я зарываюсь, я ничего уже кроме этого не делаю», уточняет Шарль), он присваивает ее себе, совершенствуется, соединяется с ней в единое целое, она его, она в нем, она для него. Не ослабляя усилий, Шарль записывается в церковный хор и поступает в консерваторию, чтобы наконец суметь расшифровать этот новый язык, который с каждым днем завоевывает его все больше и больше. А еще он берется за гитару, чтобы получить еще большую свободу как композитор. Молниеносная булимия. Успешное окончание школы с последующей неудачей на филологическом факультете Сорбонны. Шарль решает провести год в Риме. Путешествия важны для него как воздух, еще с детства он много раз летал с родителями в Америку («это моя вторая родина», говорит нам Шарль). Он с одинаковой легкостью пересекает парижские бульвары и часовые пояса, поражая своей жаждой жизни и творения. В Италии он впервые входит в состав музыкальной группы, MoodInBlack. Они выступают в стиле свинг, блюз и рок-н-рол, как в старые добрые времена. В группе он играет на губной гармонике. Возвращение в Париж. Он пишет свои первые песни, уже один. Он не торопится, уделяет процессу сочинения, как и любому важному начинанию, ровно столько времени, сколько необходимо. В отличие от своих сверстников, одержимых скоростью, поверхностностью и новыми технологиями, он, словно ремесленник, предпочитает уделять внимание изучению давно забытых секретов мастерства, дабы не портить и не опошлять свое искусство. Чтобы его продолжить. Шарль становится завсегдатаем джем-cешнов, баров и клубов, он играет в домах престарелых, выступает перед пострадавшими в дорожных авариях и душевно больными. Он погружается в себя, достает свою гармонику, подходит к микрофону, и тут он находит себя. Все было так до судьбоносной встречи с гитаристом Антуаном Холлером. Он дает ему послушать свои композиции. Очевидность. Они решают вместе самостоятельно издать первый альбом Шарля. Ему на тот момент 22 года. Наконец выходит в свет «MainlyBlue». На дворе 2006 год. Все, что последовало дальше, сродни некому чуду. Победа на фестивале Блюз-на-Сене дает Шарлю возможность выступать и на других музыкальных фестивалях.

 

Группа (теперь на сцене их уже четверо с Шарлем и его гармоникой у микрофона) удостаивается

многочисленных призов. Несколько лет подряд они выступают в Канаде и попадают на сцену престижного джазового фестиваля Монреаля. За их спиной нет ни звукозаписывающей компании, ни связей, но Шарль не стесняясь шагает по планете и завоевывает сердца. В том же 2006 году он принимает участие в Международном блюзовом соревновании в Мемфисе. Жюри профессионалов отбирает по одному альбому и одной группе от каждой участвующей страны. Что касается самих Соединенных Штатов, то у них может быть по одному представителю от каждого штата. Шарль Пази выступает за Францию. Он выходит в пятерку финалистов. Последний иностранный исполнитель против четырех американцев. Его никто не знает, но Шарлю Пази с его миниатюрными инструментами удается очаровать публику. Представители прессы со всего мира хотят узнать о нем и взять у него интервью. Уверенность расправляет свои крылья. А народная молва делает все остальное. Концерты идут один за другим, группа живет в бешенном ритме гастролей, все еще сохраняя свою независимость от звукозаписывающих компаний. Венгрия, Испания, Чикаго, Россия, Япония, Вьетнам, Мьянма, Бразилия, Англия, Нидерланды, Ирландия… Его музыка как идеальный багаж, она любит ритмы блюза и соула, произвольные и дерзкие смешения стилей, она отказывается замыкаться в себе, примыкать к какой то семье, которая все-равно никогда не станет родной, потому что эта семья существует только в головах тех, кто думает лишь о том, чтобы навесить на вещи ярлыки, лишая их остроты и яркости. Шарлю же нужно больше, он не стремится воспроизводить прошлое (которое, благодаря своей страсти, он знает наизусть), а жаждет писать свое настоящее, здесь и сейчас, немедленно, со всеми живыми эмоциями, образами (опять же, кино!), желаниями, возникающими в глубине души. Когда вы встречаете его в первый раз, вас не может не поразить его взгляд, почти детский, и его желание быть понятым, но в первую очередь тот огонь, который словно горит у него внутри.

 

2010: Шарль пишет свой второй альбом. Количество концертов просто зашкаливает, впереди дорога и сменяющиеся за окном пейзажи, дарящие новые эмоции и впечатления. Звукозаписывающая компания BelieveRecordings, изначально специализировавшаяся на цифровом звуке, предлагает Шарлю заключить его первый контракт. Его подвиги «контрабандиста» наделали немало шума. Организатор турне BlueLine также протягивает ему руку. В 2011 году выходит в свет альбом «Uncaged». Для истории, на этом альбоме с яркой индивидуальностью, живыми оттенками, утончёнными мелодиями и композициями, увлекающими в дальние края, великий Арчи Шепп согласился сыграть сразу в двух треках («Я был фанатом AtticaBlues иBlasé, двух фантастических альбомов, которые я знаю буквально наизусть»). Шарль отправил свой первый диск его жене и менеджеру, но не питал особых иллюзий. Однако Арчи Шепп сказал да. Арчи Шепп приехал в студию со своим саксофоном. Сам Арчи Шепп!

 

С тех пор как Шарль Пази начал играть, судьба свела его, как в студии, так и на сцене, с великим множеством известных исполнителей. Среди них Марсео Паркер, Бен Харпер, Джефф Бек, Джек Джонсон, Бертиньяк, Заз, GrandCorpsMalade, Жан-Луи Обер, Карла Бруни. Он принимал участие в создании саундтрека к фильмам Луи Гарреля и Валерии Бруни Тедески. Он даже дублировал исполнение на гармонике Када Мерада в сегодня ставшей уже культовой сцене из кинофильма «Кто снова убил Памелу Роуз?». Однако его богатый куррикулум не мешает ему продолжать стремиться к новым высотам. В конце концов лавры – это лишь приятный бонус, а не конечная цель. Это лишь подтверждение того, что он на верном пути. Он – автор, композитор, исполнитель и инструменталист, и все эти роли ему отлично подходят. Для него не существует границ, он путешествует, изучает, он действует! Результат – его третий по счету альбом «SometimesAwake» (название которого было вдохновлено новеллой Фолкнера) поступит в продажу в октябре 2014 года. Несомненно, его стиль немного изменился, но его композиции все еще отражают стремление отвергнуть правила и все преобразить, будь то блюз, соул, афроамериканские ритмы или же классика. Шарль экспериментирует, пробует себя в том, что в конечном итоге ему ближе всего: его мелодии захватывающие, глубокие, чувственные и свободные. И они всегда порождают в воображении образы, разбивающие клише. «Когда я сочиняю, в моей голове возникают образы. Моя музыка – это словно саундтрек к моей собственной жизни. Это как личный дневник, который я никогда не писал». Это именно так. Слушая его композиции, возникают мысли о том, что его музыка во многом обязана литературе и кино. Если вы включите альбом «SometimesAwake» и закроете глаза, вы сами это увидите! Люди, истории, чувства, ритмы, все воплощается, все дышит. Этот третий диск отмечает поворот в его карьере: впервые при создании альбома Шарль работал вместе с другим автором, Жаном-Филиппом Верденом (более известным как ReadymadeFC, под этим именем он записывает собственную электронную музыку). «Я выбрал его за то, что его стиль навеян разными музыкальными направлениями, идущими от джаза до музыкального минимализма. И потому что он понял, что я хотел сделать. Например, на этом альбоме есть семплирование. Я этого хотел, но хотел, чтобы оно было полностью интегрировано. Я не хотел играть в современного музыканта, просто, чтобы играть в современного музыканта (улыбка). Эти семплы очень мелодичны и прекрасно сочетаются со струнными. Это практически необарокко со всеми моими влияниями и более богатой аранжировкой. Здесь также есть духовые инструменты… Я задумал этот альбом как самый настоящий фильм». Но что это за фильм? Ответ не заставил себя долго ждать: «Я думаю, что это был бы фильм, немного страдающий шизофренией, в котором смех сменяется слезами, а легкость – более серьезными темами, которые меня тронули». В общем это альбом о жизни. Жизни, далекой от идиотской суматохи, от суеты, слепоты и обманчивых легких путей. Шарль Пази любит мечтать, спать и писать в своей постели, не торопиться, делать и переделывать, еще и еще, он с ностальгией вспоминает о временах, которых не знал, и, может, именно поэтому его композиции столь похожи на сновидения, наполнены ощутимым волшебством, присутствующим и определяющим все. Шарль может и не познал эпоху Возрождения, 60-е года или будущее, но он точно знает, что движется по той же таймлинии, что и само время, а время для тех, кто особо чувствителен ко всему красивому и прекрасному, имеет свойство сжиматься и расширяться. Он живет в центре мира, принадлежащего только ему, но в котором к нему может присоединиться любой, кто способен испытывать эмоции. Он продолжает свои поиски того неизведанного, что ждет его в конце пути. Там, где все остается возможным.

 

Весь мир у его ног.

Jerôme Réjasse

*********

查尔斯·巴斯

新专辑

《有时清醒》

2014年10月27日发行

鲁德亚德·吉卜林认为世上有两种人:喜欢待在家里的人,和其他的人。这些人,比起围墙,比起会扼杀经验奇迹的小小安逸,更喜欢未经探索的疆域,壮丽的相遇和遵守的诺言。

查尔斯·巴斯才三十出头。他出生在巴黎,那里发生过最后的战斗和终极的革命。他的母亲是法国人,父亲是意大利人,由于父母的缘故,他想看得更远,更高,而不是满足于显而易见的事实。在家里,不同的语言和文化发生碰撞,在交流的过程中大家都感觉到有一个边界需要跨越。查尔斯如今会讲莫里哀,山姆·库克,加里波第以及塞万提斯的语言(我妈妈还希望我学习中文,说完他像小男孩儿一样笑了)。还是孩童的时候,他就喜欢听爸爸的磁带,不管是谁的他都爱听:Dessus, Otis Redding, Ben E King, Percy Sledge… 他的灵魂随着音乐飞扬,环游世界。那时候虽然没有明确的意识到,但他模模糊糊地感觉到,音乐具有一种魔力,让他想要用一生去拥抱它。经年累月,他聆听、学习、阅读,从没有间断过。他经历了青少年的摇滚岁月,一些说唱乐,还有Pink Floyd, Neil Young, Ray Charles, Little Walter, Miles Davis, Jimi Hendrix, Sonny Terry, Stevie Wonder, Mozart, Michael Jackson, Etta James, Janis Joplin,无论风格、语言、来源,一切能打动他的,向他言说的音乐,他都听。当然不能忘了电影的原声音乐(查尔斯还小的时候,就喜欢盯着这些能动的画面看个不停)。

 

十六岁的一天,他乘坐的巴士停在一家乐器商店门口,他走进去就像背后有一支隐形的手在推着他。他问过售货员,在货架之间走了几圈后,走出商店,口袋里装了一只和Bob Zimmerman同款的口琴和一本小入门指导。这个年纪的青少年通常会选择吉他,模仿他们的偶像或者在夏天勾引个女孩子,然后把它丢掉阁楼的角落里。但查尔斯,像是着了魔,偏偏选择了口琴,他尝试着去熟悉它,驯服他,与它成为一体。与此同时,查尔斯申请加入一个福音合唱团,并在音乐学院里学习如何理解这门新语言。他的内心逐渐被音乐占据,为了更自由地作曲,他也拿起吉他。从索邦大学的文学院肄业后,他用一年时间去认识罗马,旅行就是他的氧气。他还从幼年时起就经常往返于美国,这是我的第二故乡。在意大利,他组建了自己的第一支乐队,Les Mood In Black,一个集摇摆、布鲁斯和摇滚集一身的乐队,自己担任口琴乐手。之后他回到巴黎,创作了自己的第一批原创歌曲。这个时代迷恋于速度、表面和科技,但他用一个匠人的姿态不紧不慢地雕琢自己的作品,探索那些被人遗忘的秘密。查尔斯带着自己的音乐走进酒吧,俱乐部,老人院,并且来到交通事故受害者、智障跟前演奏自己的音乐。当他遇到吉他手Antoine Holler后,两人一拍即合,独立创作了查尔斯的第一张专辑《Mainly Blue》,那年查尔斯才22岁。2006年,查尔斯获得le Tremplin de Blues Sur Seine音乐节大奖,敲开了各大音乐节的大门。

 

从此,乐队固定有四名成员登台演出,查尔斯则掌控着麦克风和他的口琴。几年里,他们在世界各地演出,并在各大音乐节收获了不同的奖项,包括享有盛名的蒙特利尔国际爵士音乐节。所到之处,他用音乐征服了在场的观众。他的自信就是他的翅膀,而他的音乐就像一只敞开的行李箱,里面有布鲁斯,有灵魂乐,有自发而大胆的混合曲风,而他拒绝将箱子从此关上。查尔斯无意重复过去,而是用激情谱写当下。我们从他眼中看得到的是孩童一般的神情,以及像要燃烧起来的他那希望被人了解的渴望。

2010年,查尔斯创作了自己的第二张专辑,引爆了一系列演唱会,Believe Recordings,之前专注于电子音乐的唱片公司,一定要将他纳入旗下。另外法国著名的巡演公司Blue Line也向他伸出橄榄枝。2011年专辑Uncaged发行。鲜明的特点,明快的节奏和流畅的旋律,这张专辑延续了之前的成功,还有与萨克斯风乐手Archie Shepp合作的两首曲目,Archie Shepp!!!

此外,他还和众多各路的音乐家进行过合作:Celles de Maceo Parker, Ben Harper, Jeff Beck, Jack Johnson, Bertignac, Zaz, Grand Corps Malade, Jean-Louis Aubert, Carla Bruni. 并和Louis Garrel, Valeria Bruni Tedeschi就电影配乐进行过合作。他作为作曲家-歌唱家-乐器演奏家,悠游自得,游刃有余。而他的才华还不限于此!他的第三张专辑《有时清醒》(题目源自福克纳的一篇短篇小说)2014年10月发行,显示了他风格的又一次革新,他不受条条框框的制约,在不同的风格间实验,并最终创立了属于他的风格:深刻,感性又自由。用他的话说:“当我创作时,一切都是可视化的。我的音乐,就像我一生的电影配乐。又像是一本我从没写过的私密日记。”没错,当你闭上眼睛听他的专辑,你可以看到人、事、情感、旋律,一切都有呼吸,有自己的生命。他此后还会继续自己的征程,一切都是可能,而世界是属于他的。

Jerôme Réjasse